В начале 2006 года прогремел новый взрыв газа. В ночь второго февраля на улице 1-я Линия с разницей в семь часов взлетели на воздух два соседних дома — частный и административное здание. Несмотря на позднее время, в помещении последнего находились люди. В результате взрыва восемь человек погибли, двадцать пять получили различные травмы. Еще днем, 2 февраля, жительница дома № 2 по ул. Коммунальная набрала «04» и сообщила о стойком запахе газа. Подъехавшие по вызову «аварийщики» едва успели покинуть машину, когда прозвучал первый взрыв. На часах было 18:15. Двухэтажное здание на 1-й Линии,10 разрушилось буквально у них на глазах. Оно принадлежало АОЗТ «Донецкое спецуправление «Промсвязьмонтаж», где размещались ГКП «Мастерская Генплана», а также ряд частных фирм. Работники газовой службы тут же вызвали спасателей и медиков. Все силы были брошены на ликвидацию последствий аварии, оказание помощи пострадавшим и поиски тел погибших. Причины трагедии на тот момент были не ясны. Поэтому подача газа в магистраль прекращена не была. На месте трагедии оказались сотрудники газет «Жизнь Луганска» и «XXI век» – Николай Сидоров, Юрий Юров, Наталья Третьякова. В результате вышел совместный экстренный выпуск этих двух газет. В нем, в частности, сообщалось: «Пожарные и «скорые» (по словам очевидцев, в совокупности спецмашин было не менее 10, а то и 15) появились почти одновременно, спустя считанные минуты после сигнала от «газовщиков». Первые приступили к борьбе с пламенем, вторые буквально бросались под обломки, когда были обнаружены первые пострадавшие – сотрудники расположенных в здании организаций. Чуть позже нашли тело первой погибшей, ее извлекали буквально по частям. Бок о бок с подразделениями МЧС и медиками работала городская коммунальная служба спасения «077». Наравне со спасателями медики вели себя самоотверженно, просто героически, оказывали первую помощь в самом эпицентре взрыва, троим из пострадавших инъекции обезболивающего пришлось сделать прямо в руинах тлеющего дома. В течение получаса были подняты на ноги и подъехали на место трагедии представители городского руководства, луганских коммунальных служб. Просто чудом не погиб во втором взрыве Геннадий Тараканов, начальник патронатной службы луганского городского головы, который был очевидцем-участником мероприятий по спасению людей практически с момента первого взрыва». Второй взрыв всех застал врасплох. Он прогремел по соседству с первым ночью 3 февраля в 00:58 в подвале частного дома по ул. Коммунальная, 2 из которого, собственно, сигнализировали о возможной утечке газа. В результате погибли еще 5 человек. Травмировано 10 человек, из которых 7 госпитализированы в областную больницу и в городские больницы №№2 и 7. Большинство пострадавших находились в момент взрыва вблизи взорвавшегося дома. Трем гражданам оказана амбулаторная медицинская помощь, в том числе одному из сотрудников МЧС. Вскоре была озвучена предварительная версия причин трагедии : «утечка газа в газопроводе среднего давления в результате недавнего резкого похолодания и промерзания грунта на глубину до 1 метра природный газ скапливался в карстовой зоне (то есть, в процессе замерзания и оттаивания подземной воды), затем он нашел выход на поверхность – в подвалы двух взорвавшихся зданий». Когда стали понятны причины произошедшего, подача «голубого топлива» в данной линии была временно перекрыта. Без газа остался весь центр города, были отключены первая детская и областная детская больница, 4 учреждения образования – СШ №15, СШ №17, детские сады №№34 и 42. Мэр Евгений Бурлаченко назвал взрывы «настоящей трагедией» и «чрезвычайным происшествием регионального масштаба». По распоряжению тогдашнего губернатора Г.Г. Москаля, пострадавшим была выделена материальная помощь из областного резервного фонда: по 5.000 семьям погибших и по 2.500 - пострадавшим от взрыва. Спустя месяц территориальное управление Госнадзорохрантруда огласило свой “черный список”. Главным виновником трагедии тогда был назван газосварщик, тридцать лет назад допустивший брак при сварке газопровода, который и дал колоссальную утечку. Однако за свой предположительный промах “сварщик-бракодел” не смог бы ответить или оправдаться — на тот момент исполнилось шесть лет, как он умер.