Светло-коричневый Рено-5 бодро бежал по дороге, петляя вместе с ней по долинам и взгорьям северной Галилеи. За рулем сидела Саша. Она вела машину в своей собственной манере – залихватски закусывая губу при каждом повороте и бешено вращая баранку, словно это был штурвал пиратского брига. Впрочем, в самой Саше тоже было что-то пиратское. Наш путь лежал к Тивериадскому озеру, где вечером должен был состояться рок-фестиваль. Вместе с нами увязался Толик – мой товарищ еще по Луганску, – полный, кучерявый, какой-то весь шумный и непростительно нелепый. Толик обладал удивительной способностью из всех возможных линий жизни выбирать самую глупую. А когда он открывал рот – его фразы были настолько не к месту, словно их составляла команда инопланетян-лингвистов, пытавшихся с помощью формальных математических алгоритмов описать общение на вербальном уровне. Добавьте сюда задержку на обработку полученного сигнала, у Толика она порой доходила до нескольких минут. Однажды, работая охранником, Толик догадался сходить к Стене плача с боевым оружием. Во время задержания он вытащил обойму, чтобы продемонстрировать, что она пустая, но в стволе оказался патрон, что-то пошло не так, прозвучал выстрел, пуля ударила в рамку металлоискателя, и через секунду Толик лежал скрученный и обездвиженный на святой земле. дальше